Александр Николаевич Зайцев

   Александр Зайцев не был вундеркиндом. В шахматы он начал играть в 14 лет, а в 18 — у него первый разряд. По нынешним меркам это не дает даже права играть в международных турнирах. Да ;и в 50-е годы это был успех местного значения. Ведь Сашины сверстники — Михаил Таль, Борис Спасский, Лев Полугаевский…
   У Саши Зайцева был яркий шахматный талант, и он сочетался с удивительной работоспособностью, которая граничила с одержимостью. По 8-14 часов в сутки просиживал он над изучением партий великих мастеров, изучал теорию, анализировал свои встречи.
   В трудных условиях — без чьей — либо помощи и без сильных партнеров у себя дома, во Владивостоке, — он прошел в короткий срок путь от кандидата в мастера до международного гроссмейстера.
Александр Зайцев беззаветно любил шахматы, его увлекал сам процесс игры, партия с сильным соперником была для него праздником. Он играл смело, подчас рискованно, был незаурядным мастером атаки. Его партии нравились болельщикам, потому что они были зрелищно красивы, отличались смелыми жертвами, острыми комбинациями.
   Александр Зайцев играл быстро, даже очень быстро, и неудивительно, что, проявляя в сложной обстановке завидную изобретательность, в простых ситуациях он допускал неточности и даже просчеты.
   Не каждый шахматист столь откровенен и самокритичен, каким был Зайцев. Об этом свидетельствуют его записи в дневнике. Он часто критиковал себя за чересчур быструю игру, за пренебрежение к спортивному результату. Но снова приходил в турнирный зал, садился за доску и в упоении борьбы забывал все.
   Самые сильные стороны его таланта — фантазия и расчет. Но он стал и дебютным эрудитом, понимая, как много надо работать, чтобы уже в начале партии не попасть в трудное положение.
   Саша заболел в детстве, и эта болезнь преследовала всю его жизнь, она мешала ему играть, и все время он боролся с ней. Но это не отразилось на его характере. Свою непродолжительную жизнь (1935-1971) он прожил, оставаясь доброжелательным, душевным человеком, не задевая других; у него не было врагов.